| | Конкурсные работы
на соискание международной поэтической премии
имени ПЕТРА ВЕГИНА Совместный проект литературно-музыкального салона «Дом Берлиных», Всеамериканского Фонда Булата Окуджавы и Международной литературной премии «Серебряный стрелец».
Конкурс является составной частью проекта русскоязычной общины Лос-Анджелеса в память о Петре Вегине, мемориальная доска которому находится в стадии изготовления и будет установлена ко дню второй годовщины со дня кончины поэта.
|  | | | СЕРГЕЙ МАТРОСОВ Птица принимает форму клетки... Птица принимает форму клетки,
падая на комнатное дно.
Силятся артритовые ветки
наизнанку вывернуть окно,
чтобы посмотреть и удивиться,
не поверить, снова посмотреть -
клетка принимает форму птицы,
и по всем приметам скоро смерть.
Только новорожденному слову,
вскормленному кровью тишины,
комнаты и сети птицелова,
западни и клетки не страшны,
потому что, выворотив челюсть,
выходя сухим из всех примет,
птицей трижды выпорхнуло через
левое плечо, где смерти нет. | Екатеринбург, РОССИЯ | | | АЛЕКСАНДР БАЛТИН Расходясь с похорон, говорят... Расходясь с похорон, говорят
О таких пустяках, что нелепым
Предстаёт погребальный обряд,
Разорвавший житейские скрепы. Или прячут тоску и испуг?
За спиною кресты остаются.
А учитель, товарищ и друг
Не вернётся, как все не вернутся. Приглушённо звучат голоса,
За оградой мелькают машины.
А сознанье страшат небеса,
И пугают большие глубины. Потому говорят о семье,
О делах, о грибах, о соседях.
Потому позволяют себе
Раствориться в случайной беседе. Ибо мучает плотский итог -
Красный ящик и чёрная яма.
И ложится осенний листок
На ступеньку высокого храма.
| Москва, РОССИЯ | | | ЕВГЕНИЙ ДЕВИКОВ Эфиоп и ночная смена В рубахе и джинсах, и в узких ботинках
шагает во тьме независимо очень
большой и живой человек-невидимка
из старого триллера в таинство ночи. В широком размахе пустые манжеты -
легко маршируют рубаха и джинсы.
Фонарь, словно в фильме, фиксирует жесты,
ночной силуэт на брусчатку ложится. Шаги его плавны, движения смелы.
Он весь, словно писанных норм отрицанье.
Лишь зубы его ослепительно белы
и проблески глаз в полуночном мерцаньи. Над ним легендарной истории дымка,
народных сказаний холмы и высоты.
В расчётах по Библии наш "невидимка" -
царя Соломона наследник трёхсотый. И вот мы сошлись. Разговоры недолги
пред тем, как включиться в работу ретиво.
В руках у обоих теперь по метёлке,
а прямо по курсу легла перспектива. | Бат-Ям (Тель-Авив), ИЗРАИЛЬ
| | | ТАТЬЯНА ДЕМЬЯНОВА
Памяти поэта
Уже не с нами и не здесь ты...
Кого любить? Кого беречь?
И не уйти с тобою вместе,
И рядом в гроб с тобой не лечь... Но как поверить, что случилось
С тобой такое? Отчего?
Так рано вдруг остановилось
Биенье сердца твоего! Тебе бы жить, писать картины...
Да вызывать стихами дрожь...
А ты лежишь, себя покинув,
И никого не узнаешь... И мочи нет сдержать рыданья...
И права нет рубить с плеча...
Минуты скорбного прощанья
Покорно тают, как свеча. Осиротели, словно дети,
Твои стихи... Как их читать?
Ведь не судьба на этом свете
С тобою встретиться опять... Так глубока твоя могила!
Так душат проводы тоской!
Сосет, вытягивает силы
Погост - кладбищенский покой... Так неизбежно - возвратиться
Туда, откуда Богом взят...
Но к праху - прах....А дух - как птица:
Из клетки - в небо наугад.
| г. Молодечно, Минская область, БЕЛАРУСЬ | | | ОЛЬГА КРАС Мороз Иваныч К нам пришёл Мороз Иваныч!
Наступили холода.
Стало всё стеклянным за ночь,
Серебрится, как слюда! Расписал окошко иней,
Бьёт в хрустальных гранях свет.
Растворяет сумрак синий
Замороженный рассвет. Деревца, кусты и ёлки
Припорошила зима.
Как алмазные осколки
Хрупким пухом бахрома. От дыханья пар клубится,
Жалит, маревом дрожит,
Оседает на ресницах,
Сединою ворожит. Стужа белым стёрла тени,
Самоцветами кропит.
Словно в первый день творенья
Яркий свет глаза слепит. Прячет снег под колким мехом
Ледяные зеркала.
И возносит в небо эхо
Рождества колокола! | Санкт-Петербург, РОССИЯ | | | РИТА АНЭ Напиться. Водой дождей из чаши лужи... Напиться. Водой дождей из чаши лужи.
Уйти далеко к свету солнц рассветных.
Там встретить сотни дум заветных.
Там ждать всю осень зимней стужи. Забыть. Все лето скучной жажды.
Сбежать по горизонту мерзлых трав.
И на колени пасть, оставив гордый нрав.
И радость возвестить себе однажды. Увидеть. Первую неделю декабря.
Ей руки протянуть, благодарить за небо.
Взять умывального светящегося снега.
Очистить сердце им. И ждать тебя. | Москва, РОССИЯ | | | МАРИЯ МБУЕЛА Рябиновая вечность
Вуалью чело увенчано.
В глазах затаилась печаль.
Красивая грустная женщина
Смотрит с портрета. Мне жаль. Руси златоглавой потерянной.
Так как теряют ключи.
И нас одиноких, уверенных
В своём непонятном пути. Где-то тройка звенит бубенцами.
И старушка к обедне спешит.
Вечность в косы рябину вплетает.
Тихо дремлет под ивой старик. Ну а тут пролетают трамваи
Что-то пишут секретари.
Шеф бухгалтера гневно ругает
Нет горячей (о,ужас!) воды. У портрета далёкой прабабушки
Поправляю на платье банты.
Мне теперь бы испечь оладушки
Или в русской печурке блины. Хороводы водить с подружками
Из-за ставен глядеть в окно.
Забавляюсь мечтами-игрушками.
И без них мне уже нелегко... Вуалью чело увенчано.
В глазах затаилась печаль.
Русь златокудрой женщиной
Смотрит с портрета вдаль. | Одесса, УКРАИНА | | | ИЛЬЯ КРИШТУЛ Я опять одинок... Я опять одинок,
Это доля поэта,
Словно жёлтый листок
Среди праздников Лета. Словно жёлтый листок
В гостях у Весны,
Я опять одинок
И друзья мои - сны. Я опять одинок,
Средь зверья - человек,
Словно жёлтый листок
Там, где падает снег...
| Москва, РОССИЯ |
|
