|
МАРИНА МЕЛЬНИКОВА
ПАМЯТЬ
Я - Память,
Целой Вашей жизни слепок,
Я даже то, что кажется нелепым
По истеченье лет...
Я - Память,
На земле Ваш след,
Который дождь смывать
Пытался не однажды...
Я - Ваш вопрос сакральный
И ответ,
В ночи бессонниц
Яростно звучавший...
Я - Память,
Сувенир блестящий,
Осколок счастья
В сундуке судьбы,
Я - самый настоящий
Из детства свет.
Я - запахи
Травы...
Я - враг забвения,
Я - платок слезам,
Я - Вам прощенье
И отмщение Вам...
ЗАТЕРЯННЫЙ МИР
"Итак, девять тысяч лет назад жили эти твои сограждане, о чьих законах и чьем величайшем подвиге мне предстоит вкратце тебе рассказать". (Платон "Тимей")
Имен различать не умели и солнце
ругали и денно, и нощно за ярость,
им боги открыли секреты бессмертья,
им вечность, насмешку тая, улыбалась.
Она покарала детей неразумных,
уютный мирок под ногами обрушив:
Смиритесь, покайтесь, явите покорность,
иначе сотру вас с поверхности суши!
Земля сотрясалась в тисках литосферы,
стряхнуть порывалась их в море с обрыва,
лишь клочья остались от попранной веры,
лишь чайки от страха молились крикливо,
и камни горячие падали с неба,
впервые волна не баюкала - била,
огромным цунами жестоко и слепо
небесною карой на кромке прилива.
Их приняло море - бездомных скитальцев,
отвергнутых сушей, гонимых и грешных,
отец Посейдон, раскрывая объятья,
им мужество вновь возвратил и надежду.
Их боги устали, их дети резвились,
а солнце щадило теперь под волнами.
Дышать научились как вечные рыбы,
оставшись людьми, не умея - рабами.
А в звуках забытого мира земного
атланты ловили лишь волн колыханье,
на уровне генов забыв про изгнанье
и вместо собак приручив осьминогов.
Им мудрая вечность простила беспечность,
совсем отучив их кричать как когда-то,
гордыню и спесь схоронила навечно,
Замедлив их игры, и годы, и даты.
Прости, атлантолог, мое своевольство,
тот мир, затонувший, я вижу живущим,
в нем все еще бьется волной беспокойство,
в нем юный атлант ищет признаки суши.
Такой любопытный, как всякий ребенок,
дотошно исследует мрачную тайну:
скелет корабля, отдохнувший на брюхе,
его завлекает в силки мирозданья.
Ответы надежно упрятаны Богом,
а может, богами, их было так много!
Все карты Платон не раскрыл в диалогах -
где гордых атлантов исчезла дорога?
Мудрец Геродот ненамного болтливей:
про снов не видавших, уставших скитаться,
но, может, в пучине морской и поныне
их мучают сны про вершины Атласа?
Удастся ли им, пилигримам беспечным,
угрями вернуться в родимые воды,
а может, удел их - изгнанье навечно,
как знать меру платы за то, что свободны?
И мир допотопный живет на страницах
научных трактатов, закрученных странно,
в запутанных книгах Елены Блаватской,
в Атлантике где-то, на дне океана.
В пучинах укрыта история басков
и много еще не разгаданных былей...
Мне хочется верить, атланты - не сказка,
мне хочется думать, они все же были.
Прости, атлантолог, мне паранаучность,
тот мир, затонувший, ожил предо мною,
теряя безликость, бесцветность, беззвучность,
чуть-чуть примирив, наконец, с суетою.
Разгадана будет загадка едва ли,
и вечность разделят атланты не с нами:
их солнце затянет зловонною нефтью
и высохнет будущность вместе с морями...
|
НОВОТРОИЦК
ОРЕНБУРГСКАЯ ОБЛАСТЬ
РОССИЯ
|
|
АЛЬБИНА АЛИНОВСКАЯ
***
С большим трудом, но всё же забралась,
На шею тигру, здесь полно их бродит.
Тигр - это царь природы, а в природе,
Я, как букашка, вроде, завелась.
Как клещ вцепилась, и оторвать нет сил,
Во всё, что можно, даже в хвост тигриный.
Тигр не стерпел и лёг в постель из глины,
Ему в тот миг стал белый свет не мил.
А я смеялась, стыд швырнув под нож,
Я ожидала, что меня похвалят.
И поздравленьями с ног до ушей завалят,
Но оказалось, что победа - ложь.
Меня не взяли ни в ученики,
Ни в смоловары. Хвост и тот смеялся.
А Тигр после тоже признавался,
Что, мол, достала девка, мужики!
С большим трудом, но всё же забралась,
На шею тигру, здесь полно их бродит.
Тигр это царь природы, а в природе,
Я как букашка, вроде, завелась...
***
Не ищи, чего нет и, наверное, будет не скоро.
Иль не будет совсем, потому что не нужно оно.
Колесо у телеги - предмет для насмешек и спора.
И вода не для ступ, и в напёрстках не зреет вино.
И олень не олень, коль безрогим он скачет по полю,
И медведь не медведь, коль пищит, словно мышь за стеной.
И, возможно, что я растеряла всю удаль и волю,
И не стала ничем: ни кометой, ни падшей звездой.
***
От наших движений ног пыль столбом на дороге.
От наших движений рук каракули на листке
От наших душевных мук, рождаются мысли о Боге,
И точит ножи судьба на каменном верстаке.
Упала звезда с небес, скатилась слезинкой тёплой,
Купили вчера любовь, вчера был базарный день.
И рыба в реке плыла, была эта рыба воблой,
И в мутной воде она ласкала чужую лень.
Летело перо от птиц, а птицы смешались с небом,
Упало перо туда, где рыба ласкала лень.
Кормили почти всегда прогорклым от срока хлебом,
Твою и мою любовь, в базарный, безликий день.
|
СЕВАСТОПОЛЬ
АР КРЫМ
УКРАИНА
|
