| ВЕЧНО ЖИВИ!
Посв. Антуану де Сент-Экзюпери
Лучше впасть в нищету,
голодать или красть,
Чем в число блюдолизов
презренных попасть.
Лучше кости глодать,
чем прельститься сластями
За столом у мерзавцев,
имеющих власть.
Омар Хайям
В струях сияющей пшеницы,
На первородной глубине,
Читать горящие страницы
На пламенеющем Руне!
А воздух - гибельная яма
В следах смирительных оков,
Где алой прописью Хайяма -
Живые лики облаков
На лепестках из Колыбели...
Благословенна глубина
И недра будущей Купели,
И ливни чистого зерна.
Но Зверя бешенного знаком
Смердит последняя стезя,
Из бездны будущего мрака
Проклятьем жертвенным грозя,
Распятым свитком на рунете,
На перевёрнутом кресте,
Свинцом на попранной планете,
Преображенным в пустоте,
Из недр пылающей кабины,
В крови, в слепящей синеве
Пасть на звенящие глубины,
Как снег в последнем Ноябре.
КНИГА ЖИЗНИ
Да не смущается сердце ваше; веруйте в Бога, и в Меня веруйте.
Иоанн 14:1
Я хочу быть Твоим прибежищем
Я хочу быть Твоим сокровищем...
- Одиноким или Единственным?
- Как последний у чаши первого!..
- Так чего же ты хочешь, Первая,
На своём беспримерном поприще,
Быть последней или единственной
Пред таинственной Долей Вышнего?
Я хочу быть Твоим Крещением,
Сокровенной Твоей Историей...
- Одинаковою с Единственной?
- Нет, с Единственною - единою!..
А Любовь повелит - послушаюсь,
Как Последняя с чашей Первого,
Раздавая свои Сокровища,
Расставаясь с моим Прибежищем...
АЛЫЕ ПАРУСА
Кто может знать при слове - расставанье
Какая нам разлука предстоит,
Что нам судит петушье восклицанье,
Когда огонь в Акрополе горит.
Иосиф Мандельштам
Канет мир, и страдание канет.
Только щемит и щемит Тревога.
Так чужие касания ранят
Сердце, в Муже познавшее Бога.
Точно ласточки в гибельной точке,
Точно свист на карающей ноте -
Начертанные чуткие строчки
Вечным светом - по жертвенной плоти.
Вечным духом - на жертвенном теле,
На кого-то и где-то похожем,
Так листочки кровавые рдеют,
Опадая под ноги прохожим.
Обнажённые чуткие ткани
Полотна, обагрённого светом,
Начертанные в рдеющей дали,
Возметённой бушующим ветром.
И поднявшие шелест напрасный
Тёмно-красные тонкие клёны
О величии нежно-прекрасном
В летнем царствии вечно-зелёном.
Бледноликие гибкие ивы -
Тень дрожащих на листьях мятежных.
В тонкой гиблости ломаных линий -
Робкий трепет Последней Надежды.
Умирать за Любовь... Многолика
Вечной гибели крепкая мера.
Плачет Иов, растёт Вероника -
Грех и гроб превозмогшая Вера.
Канет зло, и Страдание канет
По волнам с возлетевшим Секретом,
Как игла лученосная ранит
Полотно, окрылённое Светом.
***
Я Нарцис Саронский, Лилия долин!..
Песнь Песней 2:1
Так нежно, как рука касается руки
И дышит чистотой, Божественно легка,
В прозрачной глубине целую лепестки
Невинной наготы Прекрасного Цветка.
Как трепетно влечёт текущая вода,
И дышит чистотой задумчивый родник,
Так ранит тишину, Божественно легка,
Мелодия сердец, скрестившихся на миг.
Так нежно, как берут уснувшее дитя,
Крестом благословив невинные черты,
Так бережно, пером Божественным чертя,
Касаюсь лепестков Нетленной Чистоты.
ЗАЧАТИЕ
- Достоин Ты, Владыко, взять книгу и снять печати ея.
Откровение 5:9
Белоснежным бременем слетела
Лебедь на прозрачную волну,
Чтоб, раскрыв сияющее тело,
Солнце пронизало глубину.
Лученосным зрением нарушив
Целины звенящие поля,
Солнечное бремя пало в душу,
Плотью засияв из алтаря.
Мужеским стремленьем сокрушая
Семь печатей нежной глубины...
Лебедь снежно-белая, большая,
Радугой взметнулась из волны,
Чтоб, раскрыв сияющее тело,
Прозвенев, как белая стрела,
Пронизав слепящие пределы,
На ладонях Солнца замерла,
Женственным желаньем проникая
Семь Небес над семенем Земли...
Музыка прекрасная такая,
Музыка печальная такая
На волнах качает корабли...
Льётся в глубь, летит и замирает
В бременах таинственных речей,
Будит дух и души одевает
Пеленами солнечных лучей,
Радугой крестильной глубины,
Радостью небесной тишины.
© МАРИНА СЕРГЕЕВА
|
