AgatA


Родилась в Киеве, в сентябре 1986. Сейчас студентка IV курса Киевского городского педагогического университета им. Б.Д. Гринченко. Учусь на филфаке. Работаю преподавателем английского языка. Не издавалась. В поэтических конкурсах не участвовала.

...На стенах сценки кама-сутры,
как будто тушью на листах,
рисует ледяное утро...
Беспечность радостно пуста...

Двукрылый бог в своем эфире
(откуда взялся, не пойму?)
жужжит, летая по квартире
и сну мешает моему...

(AgatA)

____________________________________________


Мы любили...

В полусне терять мерило
Своих трепетных шажков:
Я любила? Я любила
От чертей и до божков.

В хрустале баюкать веру,
Плавать в атласе луны
Вы любили? Вы любили,
Но лишь были влюблены...

Позабыть в пальто рассудок,
Отшатнуться от всего,
И упасть в ладони суток,
В пропасть скал и в пасть его,

И коснуться сонным взглядом,
И забыться вместе с ним,
С мыслей, с ног сбивать и падать
В ток холодной простыни.

И шурша подолом ночи,
Рвать на части полотно,
Вдребезги, в куски и в клочья
И бросать себя в окно.

Незаметно тихо влиться
В завтрашний обычный день,
Растворяясь в медных лицах
Плыть с «улыбкой набекрень»,

И еще счастливой ланью
Уходить во чреве с ядом
В дни с простроченною тканью
Свитой тёмным шелкопрядом.

Мы любили, не любили?
Я клинок на наковальне.
Мы любили? Или... или...
за чертою этой спальни.


В ломке спят карандаши...

Шелестит коварно вечер
В сумерках твоей души
Мир бумажный искалечен,
В ломке спят карандаши.

Задрожат на циферблате
Тени стрелок часовых.
И снимает время платье,
Уходя без чаевых.

Воротить — не воротиться,
И гадать — не угадать...
Снегом вскормленная птица
Будет падать и рыдать.

Затихает в небе вьюга,
Млечный ангел звёзды льёт...
Мы уходим друг от друга,
Под ногами тает лёд.

Чувства списаны в солдаты
Неизвестных палестин.
И, прощаясь, мы когда-то
Вспомним всё — и всё простим.


На шабаше седьмой весны...

...И старую морщинистую книгу
удел вовек не выпускать из рук
в траве звездою выжжен круг
и вечность обернулась мигом

Перчатка в синих кружевах
И в скользком пламени объятий
Горячий воск слепых проклятий
Кипит в магических словах

И в блеске волчьей седины
В густых шагах босых ступней
Смешались ладан и елей
На шабаше седьмой весны

Сверкают иглы пентаграмм
На чёрном мраморном полу
За храмом строят новый храм
И превращают ночь в золу

В распятых звёздах над луной
Не слышно как не плачут дети
И только жабий хор, и вой,
И только мгла и жадный ветер

На бой чеканящий шаги
Сливаясь в ритмах хоровода
Как циркуль шпагою ноги
Кружится тень вокруг урода

Во мраке мрак, в толпе толпа
Зияет вечная свобода
И чья-то мёртвая рука
Свисает прямо с небосвода

• * *
  

• * *
  

• *
  

• * *
  

• * *
  

• * *
  

• * *
  

• * *
  

• * *
  

• * *